Важность доктрины о первордном грехе

Они, арминиане, не хотят оставить впечатление, что отрицают первородный грех. Это было бы слишком откровенно и грубо. Нет, они стараются применить хитрость. Они обязаны говорить о первородном грехе, но им было нужно обманчиво и ловко сформулировать свое учение, чтобы, с одной стороны, произвести впечатление ортодоксов, а с другой – втащить в Церковь отрицание первородного греха. Поэтому арминиане учат, будто первородный грех сам по себе не достаточен для осуждения всего человеческого рода. Другими словами, первородный плюс актуальный грех составляют единственное достаточное основание для осуждения, для временного и вечного наказания. Но сам первородный грех без актуального никак не может заслужить временную и вечную кару. Здесь мы снова видим фундаментальную арминиано-пелагианскую позицию касательно греха, а именно: грех состоит в поступке. Отсюда остается сделать один шаг, чтобы сформулировать два других положения, которые многие арминиански настроенные люди исповедуют и сегодня. Первое состоит в том, что, поскольку первородный грех сам по себе – недостаточное основание для осуждения, младенцы, не совершающие актуального греха, вовсе не подлежат осуждению. Второе положение таково: язычники, не вошедшие в контакт с Евангелием, и потому никогда не имевшие возможности уверовать, не повинны в грехе неверия и не могут быть объектами осуждения. Сам по себе первородный грех – недостаточное основание для осуждения всего человеческого рода. Конечно, хорошо известно, с каким наслаждением они изображают ужасным и монструозным учением истину о том, что первородный грех сам по себе достаточен для осуждения. Гомер Хуксема

следует отметить, что такое, по видимости, частичное отрицание первородного греха, тем не менее, представляет собой фундаментальное и полное отрицание этой истины. Прежде всего, вполне очевидно, что вопрос не является относительным. Маленькая фраза: «сам по себе», звучит обманчиво. Либо первородный грех – достаточное основание для осуждения, либо же нет. И фраза: «сам по себе», ничего не меняет. Вопрос стоит так: один первородный грех или первородный грех плюс еще что-то. Вопрос не в достаточности основания для осуждения или же его недостаточности, в смысле основания частичного. Либо имеется основание для осуждения, либо его не имеется. Либо грех есть, либо его нет. Либо вина есть, либо ее нет. А где вина, там и подверженность наказанию. А где перед судом Божиим имеется подверженность наказанию, там наказание всегда таково, каким оно единственно и может быть, а именно: временная и вечная кара, смерть, причем в полном смысле слова, со всеми ее последствиями. Божия «справедливость требует, чтобы грех, совершенный против наивысшего величия Бога, также и карался наивысшим образом, то есть, вечным наказанием тела и души» (Гейдельбергский Катехизис, В. А, 11). Во-вторых, следует отметить, что арминиане отрицают первородный грех в его ключевом аспекте. Следует помнить, что первородная порочность и скверна – лишь один из аспектов смерти. Речь идет о духовной смерти. А смерть – это кара за грех. Но, если первородный грех недостаточен для осуждения и не заслуживает временного и вечного наказания, где тогда основания для наказания смертью, включая и ее духовный аспект? Никого основания нет. Великая истина о грехе и порочности полностью и совершенно сводится к вопросу поступка. И это не только богословский вывод из арминианского заблуждения. Именно этому и учат арминиане, именно этому они и хотят учить, хотя временами это скрывают. Арминиане отрицают первородный грех в фундаментальном смысле. И поскольку они его отрицают, они с необходимостью должны отрицать, что грех в каком-либо смысле относится к человеческой природе, они должны утверждать, что грех – вопрос лишь греховного поступка. А это, в то же самое время, единственное основание, на котором можно утверждать заблуждение свободовольчества и преодолимой благодати.

Вопреки подобному заблуждению, отцы, прежде всего, цитируют важный отрывок из Рим.5:12-18. Как очевидно из двух коротких цитат, взятых из данного отрывка, ударение в нем падает на законный судебный аспект. Ударение ставится на легальной солидарности человеческого рода с Адамом, и поэтому – на легальной солидарности этого рода с виной Адама. Ход мысли здесь следующий:

1) Смерть царствует над всеми людьми.

2) Смерть – это наказание за грех.

3) Смерть царствует над всеми, поскольку все согрешили.

4) Обо всех (даже о тех, кто не согрешил подобно преступлению Адама, даже о тех, кто не имел закона, даже о тех, у кого не было особых заповедей, чтобы подобно Адаму соблюдать их или нарушать, даже о младенцах, лежащих в колыбели), – обо всех них сказано, как о согрешивших во грехе и через грех одного человека – Адама. Через одного человека грех вошел в мир, а через грех и смерть, и поэтому смерть перешла во всех людей. Это подтверждает цитата из 16-го стиха: суд (легальный термин: на суде рассматривается вопрос о вине или праведности) пришел одним человеком (Адамом, как нашим представительным главой) во осуждение.

Вторая цитата взята из Рим.6:23 и по-видимому указывает, что плата за грех, каков бы этот грех ни был, первородный или актуальный, – это всегда смерть. Поэтому, если рассматривать первородный грех сам по себе, это правило следует применять и к нему. Так что первородный грех, действительно, сам по себе достаточен для осуждения всего человеческого рода. Платой за него является смерть.

Вы скажете: слишком много учения? Да, но это – одно из главных учений Слова Божия. Без него нельзя понять ни порочность человеческой природы, ни чудо обращения человека к Богу. Поэтому верующий обязан отвергать всякое противоречащее ему заблуждение.

арминианская концепция человека и его духовного, психологического восстановления мало реалистична. Ремонстранты разделяют разные способности души и представляют дело так, будто падение оказало больше влияния на одно качество – разум, чем на другое – волю. Но человек – един. Его душа, хотя в ней можно различать способности разума и воли, также едина. И если человек впал в порочность, он весь должен стать подчиненным греху. Представлять дело так, словно человек мог испортиться и затемниться в своем разуме, но не в своей воле, действительно, весьма странно и неправдоподобно.

Именно это и нужно было арминианам: человек, все еще способный алкать и жаждать праведности и жизни, а также приносить жертву сокрушенного и сломленного духа, угодную Богу. Арминианам нужен такой человек. Ибо согласно их взгляду решение за или против спасения зависит только от человека. Арминианам не нужен Совершенный Человек, способный выказывать полное и совершенное послушание закону. Им нужен человек, способный выполнить условие веры и частичного послушания веры. Им не нужен Человек, способный верить сам от себя, им нужен человек, способный принять предложенный дар веры. Им нужен не Праведный Человек, но человек, способный желать, то есть, алкать и жаждать праведности и жизни. Эта нужда, присущая арминианской теории, с ее христом, умершим за всех, с ее обусловленным спасением и обусловленным избранием, толкает ремонстрантов искажать все библейское учение о сотворении, падении и порочности человека, полностью ему противореча.

Действительно, как в природном, так и в духовном смысле, алкать и жаждать возможно лишь там, где имеется жизнь. Мертвый не алчет и не жаждет. В физическом смысле, когда человек испускает дух, а тело его помещается в гроб и закапывается в могилу, он больше не испытывает нужду в хлебе и воде. Алкать и жаждать праведности подразумевает, во-первых, точное знание ее отсутствия, осознание своей нужды. Осознание же нужды состоит в признании собственного греха. Это признание своей вины и осуждения, признание своей порочности и извращенности, знание о своем преступлении и своей неправедности. Тот, кто алчет и жаждет праведности, духовно знает о том, что он лишен праведности и в смысле статуса, и в смысле состояния природы, и в смысле своей актуальной жизни. Чтобы увидеть последствия греха в его реальной природе, следует отметить, что Господь Иисус зовет блаженным не того, кто праведен в самом себе, но того, кто просто алчет и жаждет праведности. Во-вторых, алкание и жажда праведности подразумевает глубоко укорененное духовное воздыхание по оправданию, стремление к отпущению грехов, к статусу того, кого объявляет праведным Единственный Судья неба и земли. Более того, оно включает стремление к избавлению от порочности нашей природы, от рабства греху, к духовному освобождению. Оно подразумевает искреннее желание действительно праведной жизни, жизни в соответствии со всеми заповедями Бога. Все это – жизненная нужда того, кто алчет и жаждет праведности и вечной жизни. Его желание праведности – вопрос острой нужды, вопрос жизни и смерти. У него нет праведности, он лишен ее. Его нужда в ней – предмет страданий, скорби, печали. Он должен или получить праведность, или умереть. Но, естественно, все это возможно только для живого. Мертвые не алчут и не жаждут. Тот, кто духовно жив, но еще находится в грешной плоти, тот, кто возымел в себе начало этой праведности, – только он может испытывать духовно алкание и жажду.

Цитата:

---

Сообщение от Artur Sharakhimov

арминианская концепция человека и его духовного, психологического восстановления мало реалистична. Ремонстранты разделяют разные способности души и представляют дело так, будто падение оказало больше влияния на одно качество – разум, чем на другое – волю. Но человек – един. Его душа, хотя в ней можно различать способности разума и воли, также едина. И если человек впал в порочность, он весь должен стать подчиненным греху. Представлять дело так, словно человек мог испортиться и затемниться в своем разуме, но не в своей воле, действительно, весьма странно и неправдоподобно.

---

Вроде у кальвинистов есть понятие - предваряющая благодать. Это та, которая делает человека способным принять решение.

[QUOTE=Гостья;8636]Вроде у кальвинистов есть понятие - предваряющая благодать. Это та, которая делает человека способным принять решение.[/Q


Что бы человек был в состоянии добровольно прийти к Богу, ему необходимо возрождение, от Бога возрождение, или иными словами изменение природы. Бог дает человеку новое сердце, веру . И в этом обновленном состоянии человек свободно приходит к Богу. Это преображающая блпгодать