Цитата Сообщение от ЯОлег Посмотреть сообщение
Почему Иудеи до сих пор слепы и не видят, что именно во Христе Иисусе Бог явил Себя и Свою любовь, о которой они толкуют, что без неё невозможно жить в гармонии с природой? Но это же невозможно не видеть тому, кто искренне любит Бога и ищет правду Его! Почему же они до сих пор это не видят, почитая себя мудрыми и даже богоизбранными? Да потому, что диавольская гордыня, лежащая в основе их ложной религии - Иудаизма, не даём им раскаяться и признать, что распятый ими Иисус Христос и есть Тот Самый, ожидаемый ими Мессия, в Котором Отец, Бог
Поскольку Церковь утверждает вместе с Иисусом, что спасение приходит от иудеев (ср. Ин 4, 22), возникает гораздо более деликатный вопрос о спасении для иудеев. Новое уважительное отношение к еврейскому народу и к иудаизму, выработанное Церковью со времен II Ватиканского Собора, требует заново осмыслить универсальность спасения в Иисусе Христе. В этой статье освещена как позиция Церкви по отношению к диалогу с иудеями, так и ее вселенская миссия проповедовать Христа всем народам. В поле напряжения между диалогом и миссией Церковь считает еврейский народ не только партнером по миссии — восстановить падший мир, — но и сотрудником, делящим с ней ответственность за проповедь Царства Божия.

В Евангелии от Иоанна Иисус говорит самарянке: «Спасение — от иудеев» (Ин 4, 22). Церковь утверждает: тот факт, что Христос укоренен в еврейском народе, означает, несомненно, что спасение пришло от иудеев. Учение II Ватиканского Собора о еврейском народе и последующее, изложенное в пункте 4 декларации Nostra aetate (NA), подтверждает, что связь с еврейским народом, постоянные ссылки на Писания Израиля (Ветхий Завет) и знакомство с израильскими преданиями — это элементы, необходимые для того, чтобы узнать Иисуса из Назарета, Которого христиане объявляют Мессией, Сыном Божиим и Спасителем мира. Поскольку мы констатируем, что Церковь утверждает безоговорочно вместе с Иисусом, что спасение — от иудеев, остается гораздо более деликатный вопрос: откуда спасение иудеев?

Декларация Nostra aetate утверждает с самого начала, что Церковь должна провозглашать Иисуса Мессией, Сыном Божиим и Спасителем: «Она возвещает и обязана непрестанно возвещать Христа, Который есть “путь и истина и жизнь” (Ин 14, 6), в Котором люди находят полноту религиозной жизни и в Котором Бог примирил Себе всё» (NA 2).

Комиссия Святого Престола по религиозным отношениям с иудаизмом, подтверждая принцип христианской миссии в документе, опубликованном в 50-ю годовщину декларации Nostra aetate, все же признает сложность этой задачи в контексте отношений с иудеями: «Еще один пункт должен оставаться у католиков в центре внимания — весьма сложный богословский вопрос: как примирить без противоречий христианскую веру в универсальную спасительную роль Иисуса Христа со столь же ясным убеждением веры, согласно которому существует завет Бога с Израилем, отнюдь не упраздненный. Церковь верит, что Христос — Спаситель всех. Следовательно, не может быть двух путей спасения».

Утверждение, что Христос — единственный Спаситель, не по душе многим иудеям. Так, ведущий иудейский мыслитель XX века Абрам Иешуа Хешель заявляет: «Если бы меня попросили выбрать между обращением и смертью в газовой камере Освенцима, я выбрал бы Освенцим». Поэтому христиане как ученики Христа — а Он, по их вере, был послан для спасения, «во-первых, иудею, потом и эллину» (Рим 1, 16) — призваны размышлять над явной напряженностью между христианской обязанностью проповедовать Христа, всеобщего Спасителя, и обязанностью уважать иудеев, вести с ними диалог и сотрудничать.

Собор принял очень близко к сердцу историю Церкви и человечества, что видно по эволюции отношений с иудеями. Две тысячи лет спустя католики, размышляя над историей, уделили пристальное внимание стратегиям, которыми пользовались в прошлом миссионеры, обращаясь к иудеям. В самом деле, можно задаться вопросом: не обесценила и не упразднила ли минувшая травматичная история христианскую миссию к иудеям из-за методов принуждения, к которым прибегали порой христиане в эти две тысячи лет?

Декларация Nostra aetate стала важным поворотным пунктом в размышлении Церкви о своей идентичности, миссии и ответственности в истории. Рожденная из лона Израиля, Церковь слишком часто пренебрежительно относилась к своим еврейским корням и к своему долгу перед еврейским народом, и в декларации видна решимость пересмотреть отношения с иудеями. Кроме того, Собор напоминает сказанное апостолом Павлом в Послании к римлянам: «Дары и призвание Божие непреложны» (Рим 11, 29). Это удивительное богословское утверждение подчеркивает, что Бог верен Своим обещаниям и Своему выбору.

В Ориентирах от 1974 года по применению декларации Nostra aetate снова подчеркнуто: «В силу своей божественной миссии Церковь по своей природе должна возвещать Иисуса Христа миру». Однако авторы документа, чуткие к историческому контексту, в котором Церковь встречает иудеев, продолжают: «Чтобы это свидетельство не выглядело агрессией в глазах иудеев, пусть католики стараются жить по своей вере и возвещать ее, строжайше соблюдая религиозную свободу, согласно наставлениям II Ватиканского Собора. Пусть они также стараются понять, какие трудности испытывает еврейская душа, по праву впитавшая очень высокое и чистое представление о божественной трансцендентности, перед тайной Воплощенного Слова».

Вальтер Каспер, влиятельный католический богослов и почетный председатель Комиссии Святого Престола по религиозным отношениям с иудаизмом, поясняет: «Мы, христиане, знаем, что завет Бога с Израилем, благодаря верности Божией, не отменен; миссия, понимаемая как призыв обратиться от идолопоклонства к Богу живому и истинному, не применяется и не может быть применена к иудеям. Они исповедуют Бога живого и истинного, дававшего и дающего им поддержку, надежду, упование и силу во многих трудных ситуациях на протяжении их истории. Нельзя обращаться с иудеями так же, как с неверующими. Это не просто абстрактное богословское утверждение, у него есть конкретные и ощутимые следствия, то есть среди иудеев католики не ведут планомерной миссионерской деятельности, как применительно ко всем прочим нехристианским религиям».

И все же вопрос остается: должна ли Церковь продолжать учить, что иудеям нужно узнать Христа? А положительный ответ подразумевает, что для Церкви наилучший еврей — это еврей, крещеный в вере во Христа? Иудейские участники диалога могли бы заметить, между прочим, что, если Бог на самом деле не расторг завет с Израилем, как сегодня утверждают католики, тогда, разумеется, евреи обязаны еще прилежнее хранить верность Торе, которую Бог им вручил.

Некоторые иудеи предполагают, что, согласно этому утверждению о верности Божией, Церковь, с богословской точки зрения, должна бы разработать концепцию Иисуса как единственного Спасителя для язычников (народов), тогда как параллельно Бог призывает иудеев жить Торой в полной мере. С этой точки зрения Иисус и Тора — два параллельных пути спасения.

В ответ некоторые христианские богословы предлагают «богословие двух заветов»: иудаизм для евреев, христианство для народов.

В диалоге с иудеями важно отдавать себе отчет в том, что все, относящееся к вопросу о спасении, интересует главным образом христиан; иудеи говорят на другом богословском языке. Церковь, заново открыв для себя еврейство Иисуса и то наследие, какое она разделяет с еврейским народом, продолжает подчеркивать тот факт, что и иудеи, и язычники нуждаются в одном и том же Спасителе. Однако, так размышляя и настаивая одновременно на спасении, приходящем от иудеев, и на спасении для иудеев, нужно не только избегать противоречий с христологией и экклезиологией, но и учитывать тысячелетние отношения Церкви с евреями и иудаизмом.

Нынешнее примирение с иудеями обусловлено более глубоким пониманием исторического контекста, в котором происходит встреча Церкви и Израиля. Во времена Иисуса и его учеников-евреев поверившие в Него поняли, что иудейское предание обретает свое исполнение в следовании за Христом (sequela Christi). Это убеждение было точкой опоры для учения об исполнении Ветхого Завета в Новом.

Отныне евреи, согласно католической доктрине, — единственный народ на Земле, который не требует для спасения души «благой вести» христианства.

Получается, что, несмотря на то, что иудеи не верят в Иисуса как в Мессию, католические богословы признают возможность спасения евреев «теологически бесспорным» и объявляют этот вопиющий парадокс «нераскрытой Божественной тайной». То есть, если Господь обещал спасти евреев, Он сам справится с этой задачей — без помощи христиан.

Этот «революционный» шаг в развитии католичской теологии был приурочен к 50-летию «Nostra Aetate» — декларации II Ватиканского собора, на котором в значительной мере было пересмотрено отношение католичества к иудаизму и осуждены попытки насильственного крещения евреев.