Но избави нас от лукавого

[Тимофей-64]

Это уже с Острожской Библии 1581г. и далее, нам подсунули правленный вариант молитвы "Отче наш", где вместо долгов - грехи; вместо неприязни - лукавый; но главное, где вместо "и не введи нас в напасть" - "и не введи нас в искушение"; то есть, Бога представили вводящим в искушение(!!!). Но мы знаем (кто знает, конечно), что искушает - диавол. Кому-то уж очень нужно было смешать истинного Отца со своим отцом - диаволом. Хотя, у кого этот отец, Господь наш и Бог Иисус Христос прямо сказал Иудеям: "Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего." (Ин.8:44)

В древнейших же памятниках старославянской письменности, когда ещё все славянские народы говорили одним языком: Остромировом и Мирославовом Евагнелиях-апракосах, эти места из Евангелия от Луки звучат истинно: "и остави нам долгы наша, яко и мы оставляем должником нашим, и не введи нас в напасть, но ибави ны от неприязни".

Олег, Вы понимаете, что славянский текст - это ПЕРЕВОД ПЕРЕВОДА?
Здесь нельзя обвинять переводчиков в сознательной подтасовке.
Уверяю Вас, что и древние, и более поздние переводчики имели благие цели: приблизить текст к пониманию современниками. За века оттенки смысла самих слов тоже претерпевают изменения.
Далее. В после-Острожском варианте Библии долги стоят на месте, а в разных евангелиях используется и напасть, и искушение одинаково. Неприязнь же в древности означала именно ЭВФЕМЕЗМ (чтобы черта по имени не называть, но все догадались, что речь не про что-то, а про кого-то).
и все нормальные всегда понимали не введи нас во искушение = не дай нам поглотиться искушением. В смысле этот текст не требует прочтения такого, будто Сам Бог - автор искушения.

Так что не обвиняйте по пустякам древних переводчиков.